Не ЕС единым, или Кто и как убивает украинский язык

Автор —  Наталья Лясковская

Украина постепенно разрывает кровные этнические и исторические связи с Россией, славянским миром, и последствия этого будут во много раз губительнее, чем потеря экономических связей

Украина алфавит украинский алфавит украинский язык

Неделю назад глава правительства Украины Николай Азаров встретился со своим коллегой Дмитрием Медведевым в Калуге, чтобы обсудить предстоящее заседание Комитета по вопросам экономического сотрудничества Российско-Украинской межгосударственной комиссии. Интересно, понял ли премьер России хоть слово из речи Азарова? Азаров — русский, Калуга — его родной город, но сомневаюсь, что и по-русски он говорит хорошо. Ведь вся Украина смеется и плачет, цитируя его «перлы»: «Вi так не рахуiте?», «я прiхвiрiв трiшкi…», «ось нiш гiлiвний вболiвальнiк», «ми билі как мафія» и т. п. За надругательство над украинским языком он уже заслужил прозвища «Хазаров» и «Азеров». Его разговорная речь — чудовищное коверканье, типичное для тех, кто относится с пренебрежением и презрением к любой культуре. И это в порядке вещей сегодня на Украине. Откуда пошел этот «порядок»?

Я не поклонница советской власти, но в 20-м веке наша страна, СССР, представляла собой единое пространство, объединенное русским языком и культурой.

Почти все украинцы владели двумя основными языками (тех, кто не знал русского, называли «село» и «колгосп»). И русский язык, и украинский входили в кровь от рождения. Русский был главным не потому, что «кляти москали» захватили «древних укров», он был консолидирующим для всех республик и народов СССР. Собственно, таковым он и остался, что бы там ни внушали населению «свидомые»: и сегодня те, кто хорошо владеет русским, имеют преференции во всех областях жизнедеятельности, поскольку экономические и культурные связи России с Украиной не прерывались никогда и вряд ли прервутся, а русский язык остается языком общения и перспективы.

Идут дебаты и бои — надо ли вообще разделять эти языки, существует ли украинский как лингвистическая данность? В XVII—XIX вв. русскими назывались представители трех этнографических групп: великороссов, малороссов (сюда же включали русинов) и белорусов, то есть всех восточных славян. Она составляла 86 млн (1897) или 72,5% населения Российской империи. Однако уже с начала XIX в. ряд исследователей сочли различия между группами достаточными, чтобы признать их особыми народами. Михаил Максимович в 1839 г. писал в «Истории древней русской словесности» (Киев, 1880): «Собственно, русским языком называется у нас теперь язык великороссиян, которые сами себя зовут, и в Малороссии называются, собственно, русскими: народный же язык Южной Руси называется обыкновенно малороссийским наречием… Но в Галиции и по сю пору тамошний язык не перестал называться просто языком русским — тем именем, которое и всей южно-русской речи принадлежало исстари, которым называлась она первая, ещё прежде чем усвоилось оно языку великороссиян (как и самое имя Руси или Русской земли сперва принадлежало Киевской земле)».

Украинский язык есть, он красив, певуч и не менее могуч и велик, чем русский. За годы «самостийности» жители Украины стали чаще и чище говорить на украинском языке, и это правильно — каждый народ лучше всего должен владеть родным языком, лучше всего знать культуру и историю своей Родины. Но зачем при этом нужно было напрочь отвергать русский как «язык продвижения», язык, дающий украинцам более широкие возможности в жизни? Это понятно: политики и идеологи тотальной украинизации добиваются изоляции украинцев от остального славянского мира: ведь дезориентированными людьми легче управлять, внушать им самые дикие и невероятные мифы о России и русских.

А то, что низовая масса украинцев дезориентирована, не вызывает сомнения. «Что думают русские об украинцах?» — с тревогой спрашивают меня знакомые и друзья. Их тревога вызвана тем, что украинцев настраивают против русских, ежедневно промывая им мозги в новостных и общественно-политических СМИ, и они опасаются, что с русскими происходит то же самое: их настраивают против украинцев, а простым жителям Украины совсем не хочется враждовать с Россией.

Пропаганда, кстати, ведется на хорошем украинском языке. А еще совсем недавно ведущие телеканалов, комментаторы спортивных матчей, политики, не говоря уж о простых райзавотделами милиции или директорах украинских школ, с трудом подбирали слова, мысленно переводя свои мысли и речи с русского на украинский. Даже с президентом Януковичем конфузы не раз бывали: то поздравляя по телевизору подданных с Новым годом, он «забыл» слово «ялынка» — «ёлочка», а то и похлеще. Публичное преодоление произнесения глагола «увiмкнiть» даже превратилось в убийственный плакат. Даже националисты самого крайнего толка, называющие себя современными бандеровцами, сторонники происхождения великой украинской нации от Адама и Евы, в обилии выступившие на политическую арену в годы перестройки, украинским языком владели плохо. Одни выросли в русскоязычной Украине, другие были потомками разного рода диссидентов, родились и жили за рубежами «неньки», и явились отстаивать ее самостийнисть и незалэжнисть только тогда, когда им ничего за это не угрожало.

Крым же и в народной массе говорит на ужасающей «русько-украйоньськой» смеси. В курортных городах можно получить чек, где половина текста будет на украинском, а половина — на русском. Два года назад в Гурзуфе меня возмутила вывеска «Ощадная касса»: или уж пишите на украинском «Ощадна касса», или по-русски «Сберегательная касса»! Такой же лингвистический морок овладел и Центральной Украиной. Проехав по Киевской, Черкасской, Кировоградской областям, я то и дело корчилась, услышав «шьто тоби нада?», «так то ж младенческое одияльцэ», «запышить мне номэр хаты», «сколько коштует билэт» и т. д. Кто же родители мовы-монстра — русские, пытающиеся приспособиться к украинскому, или украинцы, которые стремятся интегрировать русский язык в «мову»? Я думаю, внесли свой посильный вклад в это позорное дело и те, и другие.

Этот уродливый суржик вовсю эксплуатируют сегодня украинские деятели шоу-бизнеса. Идеологом выступает музыкант и общественный деятель, актёр, вокалист, автор песен, лидер группы «Вопли Видоплясова» — Олег Скрипка, по отцу украинец, родившийся и выросший в Таджикистане. В 1990-х он уехал в Европу, через десять лет вернулся. В 2005-м отказался от звания народного артиста Украины «по политическим мотивам», но принял в 2010 кавалерство французского национального Ордена заслуг. Видимо, тем, что в Украине он пропагандирует культурное разложение. В образе типичного люмпен-разбойника он активно эксплуатирует суржик киевских пригородов. Он же поддерживает и рекламирует культовую группу «Братья Гадюкины» (в народе — просто «Гады»), один из концертов коих даже Юлия Тимошенко почтила присутствием и была в восторге от их песен «Чуваки, все чьотко», «Было не любить», «Наркомани на городi». А вот песня «Метелики-бабочки» певицы Ольги Цыбульской (она же автор текста), дикая помесь слов:

Як сказати що на серці, открывай скорее дверцу!

Не тримай слова немов метелика.

У людей есть тоже крылья, iз намистом чи у брилі —

У любви без края нету берега.

Метелики — бабочки, мужчини і мальчики —

Не думайте довго ви, коли манять пальчиком.

Метелики-бабочки, а мальчику с девочкой,

Где надобно встретиться — судьба станет стрелочкой.

Ты смелей танцуй под солнцем, бо кохання у віконце —

Светит, никогда не сомневается.

Хтось у мріях заблудився, а кто по уши влюбился —

Той цілунком ніжним умивається.

Эстрада — страшная сила. Такие контаминационные, уничтожающие оба языка тексты день и ночь набиваются в уши детям, подросткам, люди постепенно теряют культурную первооснову, тексты-уродцы начинают казаться нормальными, проникают в подсознание, искажают мировосприятие.

Извращенцы и убийцы, маргинальные герои культового романа Энтони Бёрджесса «Заводной апельсин» (1962 г.) и не менее культового одноименного фильма Стенли Кубрика, общались на сконструированном Бёрджессом из нескольких языков (английского, русского, польского и украинского) странном сленге «nadsat» — «надцать», русская десятеричная приставка относила этот сленг далеко в будущее. Похоже, его разрушающая культурные основы идея начинает сбываться: скоро, по крайней мере, одна страна, Украина, полностью перейдет на «язык уродов».

И вот тут возникает вопрос. Этого добивались борцы за «свободу» Украины? Вместо взаимно обогащающего сосуществования дружественных, а в данном случае, и исторически единых культур в общем славянском этнопространстве, которое обеспечивал русский язык, великая русская литература, — убогий новояз, отрицание общности русско-украинских корней. Согласно данным опроса, проведенного украинской компанией с 26 сентября по 6 октября (были опрошены 2000 респондентов старше 18 лет), более половины граждан Украины выступают против придания русскому языку статуса второго государственного. Идею предоставления русскому языку статуса государственного поддерживают 43% опрошенных, против — 51%, еще 5% не определились с ответом.

Сейчас в преддверии саммита в Вильнюсе, на котором будет приниматься решение о евроинтеграции Украины, много говорят о том, что будет с украинской экономикой. Большинство экспертов сходится на том, что европейский курс Киева просто погубит экономику страны. Однако не хлебом единым, не стоит забывать и о том, что Украина постепенно разрывает кровные этнические, исторические связи с Россией, славянским миром, и последствия этого будут во много раз губительнее, чем потеря экономических связей.

http://rus.ruvr.ru/2013_10_18/Ne-ES-edinim-ili-Kto-i-kak-ubivaet-ukrainskij-jazik-6748/

Мнения, Общество, , , , , Permalink

Добавить комментарий