Заветы Патриарха Гермогена


images

Время сотворити Господеви, яко закон Твой разориша
(Пс. 118, 126)

Христос Воскресе!
Православные русские люди!


Вы собрались в историческом храме России, который много веков слышал молитвы и обеты наших князей, царей и императоров в самые знаменательные часы их жизни, когда они вступали в неразрывный духовный союз со своим народом, от Господа принимали силу и от Вышняго державу. Вы собрались в священном Кремле, посреди величайших святынь народных, в осенении молитв почиющих здесь угодников. «Москва есть храм России, а Кремль — ее алтарь», сказал один из венценосных вождей русского народа [Александр III — ред.]. В этом-то всероссийском храме, в этом алтаре священном вы собрались,- и сколько потрясающих великих воспоминаний, радостных и скорбных,, захватывающих душу, вдруг властно и неудержимо просятся в сознание, обступают нас со всех сторон! Если бы на каждом из них останавливаться, если бы о каждом из них подробно говорить, то, выражаясь словом апостола, недостало бы мне, повествующему, времени. Но каждый день имеет свою заботу, и занятые этою заботой мысли и чувства из множества воспоминаний и знамений прошлого избирают обычно сродное и в данное время особенно нужное.

На чем же остановит нам ныне нашу мысль и внимание в сей час молитвы соборной в этом славном, всенародном храме.

Посреди окружающих нас здесь священных гробниц я остановлю ваш взор на самой скромной. Еще не прославлена всенародно святость в ней почивающего мужа, хотя давно ждет и достойна прославления. Гробница не изукрашена щедрыми приношениями и драгоценностями. Она пока не собирает около себя, подобно другим гробницам, густые толпы богомольцев в нарочитые дни церковных чествований. Но она близка нашему сердцу всегда, близка нам особенно теперь, в эти тяжкие способные дни отродившейся, после трехсотлетнего сна, смуты народной.

В юго-западном углу этого собора, у шатра Ризы Господней, у подножия Плащаницы, на которой видим мы Божественного Страдальца за весь род людской, почивает вечным сном покоя великий страдалец за землю русскую, мученик-патриот, святейший всероссийский Патриарх Гермоген. Его тело оказалось нетленным и в 1652 году, когда, чрез 40 лет после смерти, оно было перенесено сюда из Чудова монастыря; оказалось нетленным и чрез 200 лет, в 1812 году, когда французы, отыскивая сокровища, святотатственно выбросили его из гробницы.
Но если смерть и тление не коснулись самого тела нашего российского страдальца-патриота, то дух его, его заветы, подвиг его жизни и служения, его заслуги, его уроки русским людям век грядущих времен, пока волею Божьею будет стоять святая Русь,- бессмертны, нетленны, незабвенны в памяти русской. Пред нами его предсмертная заповедь, его слова, написанные в заточении мрачного подземелья, в виду голодной смерти, после побоев и истязаний от врагов родины и от своих домашних Иуд-предателей,- пред нами его последнее послание русскому народу, которое подняло потом славное Нижегородское ополчение с Мининым и Пожарским во главе:

«Пишите в Рязань к Ефрему, да и в Вологду пишите, и к Рязанскому владыке, везде говорите моим именем, моим словом… Всем вам от меня благословение и разрешение в сем веце и в будущем. Стойте за веру неподвижно, а я за вас Бога молю».

И услышали слово великого пастыря-патриота — митрополит Ефрем в Казани, архиепископы и епископы: Феоктист в Твери, Галактион и Герасим в Суздале, Сергий в Смоленске, Геннадий во Пскове, Исидор в Новгороде, Иосиф в Коломне, Филарет в Ростове, игумен Иоил в Нижнем, Матвей в Кирилло-Белозерске, игумены Дионисий и Авраамий, протопопы Владимирский, Зарайский и по всей России. И слышал его, чрез этих провозвестников слова патриаршего, весь народ русский.

Ссылали, пытали и мучили этих пастырей-патриотов иноземные вороги, поляки и даже евреи (вроде Тушинского вора); бранили и свои домашние лихие люди, а Гермогену и прямо говорили: «Почто вмешиваешься в дела мирские, а твое де дело за Церковью смотрети».

Но архипастыри и пастыри знали хорошо, что скрывается и какой коварный умысел таится под этим фарисейским и мнимо-справедливым рассуждением. Они знали, что оно подобно печалованию Иуды о нищих. Они знали, что с падением Православия порушится Русское Царство, а с порушением Русского Царства порушится и православная вера в русских людях. Они знали, что обещаемое польско-литовско-еврейское владычество, с приобщением европейским началам жизни, зачатое в измене и предательстве; питавшееся низкою корыстью и презрением к своему родному, русскому; опутанное кровавым туманом убийств, грабежей, разбоев, заревом пожаров и ужасом погромов; поддержанное и приветствуемое «лихими людьми», чернью, голытьбою, грабителями и душегубами; уничтожившее на Руси порядок государственный и обратившее пред сим Русского Царя в «полуцаря»,- все это ничего не принесет России, кроме конечной гибели. Все это справедливо называл Гермоген, «христоборством», непостижимым «бесовским омрачением», которое толкало русских людей от одного заведомого обманщика к другому. «Бывшим православным христианам, а теперь, как и называть вас — не ведаю»,- вот как обращался Патриарх к тогдашним русским изменникам. Он хорошо понимал, что основной характер жизни есть характер церковности и народности, и что поэтому нужно пробудить религиозное национальное чувство в русском народе,- и он сбросит с себя «бесовское омрачение» и водительство тех, что «промышляли лихими делами»; он крепко верил, что Православие есть опора и основа и жизненная сила русского национального самосознания, нравственный смысл и оправдание русского государства и государствования… И то он знал, что измена верхних слоев народа, отказ их от исторических преданий веры и народности еще не есть смерть народа.

Так было везде и всегда. Поляки ведь тоже думали, что если они взяли бояр, то взяли и Россию. Но не то вышло на деле. Сокрытые и таившиеся в глубине души народной инстинкты веры, патриотизма и самосохранения с великою силой проявили себя по всей России,- все верное, чистое, доброе, трезвое, оскорбленное в лучших чувствах своих поднялось, воодушевилось, сплотилось…

История оправдала подвиг Патриарха Гермогена. Он погиб смертью мученика в мрачном подземелье Чудова монастыря, а через несколько месяцев, нежданно, чудесно «нечаемое сбылось», как говорили тогда русские люди: Москва и Россия были тогда свободны, враги спешно покидали ее пределы, домашние воры и «перелеты» притихли и исчезли, и на место лжецаря Димитрия, на место «полуцаря» Шуйского, на место «царика» Тушинского здесь, в этом самом Успенском соборе, где мы сейчас стоим, по предречению и указанию Гермогена, короновался настоящий русский Царь-Самодержец Михаил Феодорович Романов.

Спасение России пришло от святой православной веры и Церкви; вера святая явилась великою и несокрушимою твердыней, устоявшею среди смуты, нравственным оплотом посреди ужаса и разгрома государственного, опорою и знамением народного и государственного бытия в тяжелую годину крушения и ослабления всех духовных начал, сил и основ нашей русской жизни; вера святая возбудила, осмыслила, освятила русский патриотизм и дала ему огонь воодушевления, силу подвига, готовность мученичества, знамение победы.

Ныне отродилась русская смута, и вновь заволокла русское небо. Опять видим какое-то повальное безумие, опять чары обмана, опять «бесовское омрачение», опять «христоборство». Нынешние революционные прокламации разве не те же облыжные грамоты Болотникова: «побивайте бояр, отнимайте их достояние, убивайте богатых, делите их имение…»?

Нынешние рассуждения о силе и объеме Верховной власти разве не ищут исполнения слов слабого Шуйского: «я никого не неволю: кто хочет, мне служи, а кто не хочет, уходи»? Нынешняя чернь разве не вошла во вкус безначалия и бунта? Нынешние верхи народа разве не увлеклись чужебесием и изменой всему церковному и русскому? Ныне разве не видим непонятной доверчивости ко всякому обману, явному, наглому и бесстыдному? Нынешние взгляды не Верховную власть разве не ведут ктому, чтобы мы вместо Царя имели полуцаря? Хочется повторить образное слово летописца смутного времени: «Аки волны морския, едина погибает, а другая возставает, тако и беды наши и напасти,- та беда полегаше, а другая возставаше».

Изменились формы смуты, сущность же ее осталась та же, а опасность едва ли не страшнее. Но исцеления надо ждать от того же испытанного, историею оправданного и Патриархом Гермогеном указанного пути. Верность Церкви, родному народу, Царю Самодержавному; религиозное и патриотическое одушевление; объединение и слияние всех честных русских людей, без различия званий и состояний, в одном патриотическом движении,- великий союз взаимной любви всех классов и сословий народа; борьба с иноземщиной, жадно простирающей руки к русскому достоянию; послания, грамоты, кличи и призывы по всей Руси, разоблачающие гнусное лицемерие и пустоту душ нынешних «освободителей» России и нынешнего революционного движения, ознаменовавшего себя десятками тысяч убийств и грабежей, обманом и христоборством, низкою клеветою, клеветою на все родное и русское, предательством России и ее интересов иноземцам и инородцам; расширение и увеличение числа внутренней мощи наших патриотических мирных союзов,- вот путь, орудия и средства нашей борьбы, которая является, может быть, еще более тяжкою, чем борьба русских людей за веру и отчизну 300 лет тому назад.

И ныне кругом — взаимный раздор, борьба партий, жадная корысть, интриги, братоненавидение. И ныне — падение веры, падение нравственности. И ныне лицемерие и коварство, низость и предательство, прикрываясь красивыми словами и мнимоблагородными побуждениями, желают отвести и устранить от патриотического подвига и Церковь, и духовенство, и служилых людей, чтобы себе захватить власть, силу и значение в Царстве и беспрепятственно поработить русский народ инородческому игу.

И слышится из дали веков мощный заповедный голос великого Гермогена — «побороться за веру православную и отечество русское»: «Стойте за веру неподвижно, а я за вас Бога молю».

Слышишь ли ты нас, адамант веры и патриотизма, несокрушимый столп русской веры и русского национального чувства? Соболезнуешь ли горю русскому? Готов ли в помощь страдающей земной отчизне? Молишь ли Бога о прощении грехов народа нашего, навлекшего на себя праведный гнев Его?

Благослови и воодушеви нас с высот небесных селений, вымоли прощение и милость Господа твоему страдающему отечеству, явись нам духовным вождем на пути к его спасению!

Русские православные люди! Время сотворити Господеви, яко разориша закон Его! Господь ополчается, Господь будет споборать нам в тяжкой борьбе с крамолой и смутой. Время сотворити Господеви,- и как в оные дни смуты, так и ныне под знаменем креста, в воодушевлении религиозной веры и преданности родной Церкви, в подвиг всенародного покаяния, всенародной молитвы, время нам объединиться, сплотиться крепким союзом любви в служении и защите веры, Церкви и русской народности.

«Пишите в Казань, пишите в Вологду, Рязань»…- так говорил Гермоген. Пишите, взывайте теперь и вы, при расширившейся державе Российской, и в Сибирь, и на Кавказ, и на дальний север, и на благодатный юг, и Малой, и Белой России,- пишите, взывайте ко всей Руси великой и зовите всех в союз объединенного русского народа.

Он растет, он ширится, он набирается сил, этот великий союз всероссийский, под знаменем религиозного и патриотического воодушевления. Да подаст ему Господь росу небесную свыше и от тука земного, да возложит Он руку Свою на хребет врагов его,- да воскреснет Бог и расточатся врази Его: яко тает воск от лица огня, яко исчезает дым, да исчезнут! Аминь.

Источник:Сщмч. протоиерей Иоанн Восторгов. Полное собрание сочинений в 5-ти томах. СПб.: «Царское Дело», 1995

История, Портреты, , Permalink

Добавить комментарий